понедельник, 14 апреля 2014 г.

понедельник, 7 апреля 2014 г.

Communicative processes, supporting national identity

Сосновская Анна Михайловна, кандидат филологических наук, доцент, доцент кафедры управления общественными отношениями ФСТ СЗИУ РАНХиГС при президенте РФ.

Sosnovskaya Anna M., PhD, associate professor, assistant professor of public relations management, The Russian Presidential Academy of National Economy and Public Administration, Northwest Institute of Management.

Коммуникативные процессы, поддерживающие национальную идентичность
Communicative processes, supporting national identity

Ключевые слова: музей, СМК, психоанализ, Кристева, социализация
Keywords: museum, media, mass communication, psychoanalysis, Kristeva, socialization

Доклад посвящен потенциалу музея как СМИ, который в условиях глобализации помогает найти точку опоры, обеспечивает социализацию и способствует формированию национальной, культурной идентичности.
The article focuses on the potential of the museum as the media that in the conditions of globalization helps to find a foothold, provides socialization and promotes the formation of national cultural identity.

Сегодняшнюю российскую реальность мы бы описали как ситуацию постмодерна. В условиях абсолютного плюрализма мнений и отсутствия объясняющих мета-нарративо, население сбивается в кучки (новый трайбанизм, племена по интересам), либо следует доминирующим системным трендам (лояльность власти, глобализации, практикам массовой культуры), либо переживает неустойчивость, разброд и шатания. Более или менее эффективно противостоять негативным тенденциям глобализации (массовая культура потребления, «отрыв от корней») можно ― при условии структурированности социальной жизни, наличия в обществе социальных форм, традиций, которые создают систему социальных ориентиров, позволяющих сформировать культурную идентичность, выработать личности социальную и жизненную позицию. [1, с.67] .

Такими точками опоры могут быть музеи, библиотеки, творческие пространства ко-воркинга, студии, клубы, театры и кафе – пространства, где люди могут общаться, формировать общественное мнение по интересующим вопросам, а также творить, поддерживая национальную культурную идентичность. В данном материале мы рассматриваем музей как средство массовой коммуникации, выполняющее функции социализации, интеграции, социальной преемственности, социального общения и мобилизации, а также функцию личностной идентификации (подкрепление индивидуальных ценностей, получение сведений о моделях поведения), информационную и развлекательную функции – то есть все то, что традиционно было прерогативой СМИ. Соглашаемся с современными исследователями и их тезисом о невозможности преодаления тенденций глобализации в обычных СМИ. Функции французских кофеен (где собирались члены гражданского общества, чтобы обменяться мнениями) взяли на себя иные институты общества нежели СМИ. Мы далее рассматриваем музей как СМК, средство трансляции идеологии и социального порядка, инструмент социализации личности. Музей выступает также в роли посредника в общении человека с артефактами, которые несут мета-послание из прошлого. С одной стороны, музей выполняет задачи активизации творческих способностей личности, пробуждает эмоции и фантазии, с другой стороны – объясняет принятую точку зрения на данные артефакты. Музей давно стал дополнительной площадкой обучения и социализации во многих странах. [2, с.2]

Музей интегрирован в учебный процесс по всем гуманитарным дисциплинам: истории, литературе, географии и.т.д. Музей вдохновляет на исследования, помогает школьникам и студентам готовиться к тестам. Музей связывает человека с социумом, культурой, транслируемыми нормами и ценностями. Итак, один тренд для музея – укоренять, стабилизировать, давать опору для идентичности. Много музеев – много разных авторских идеологий. Другая возможность – оставаться по сути пост-модернистским местом, не давая надежды на завершенность и целостность. В этом случае задача музея – раскачивать, дополнительно возбуждать нашего современника. Интересную идею для музеев предложил еще Маршал Маклюэн – он предложил, чтобы экспозиция задавала вопросы (например о ментальности и стилях жизни, которые репрезентует артефакт), а не давала ответы. В данном случае музей сосредоточен на являемых произведениями стилях жизни и "возможных мирах", музей превращается в центр самой разнообразной связанной с искусством деятельности, в то, что по-итальянски звучит как центр "культурной анимации". [6, с.8] .

 Все внимания с объектов переносится на деятельность. Так, в некоторых музеях посетители могут перевоплотиться в людей другого века; в некоторых музеях создается музыкальное, звуковое, световое (даже влажность) сопровождение для создания контекста, чтобы посетителю проще было пережить иной опыт. Пространство музея часто создает такую особую эмоциональную атмосферу, которая отсылает к ассоциациям и фантазиям. В некоторых музеях (например, Санкт-Петербурга и Москвы) посетители разыгрывают театральные роли, вживаясь в образы и чувствуя эпоху (так проводятся спонтанные психодрамы – когда посетителей переодевают в костюмы соответствующих эпох и предлагают произнести тексты по мотивам той или иной истории); используется арт-терапия.


Рассмотрим коммуникативный процесс музея с точки зрения современного психоанализа Ю.Кристевой. Мы исходим из положения, что в процессе коммуникации происходит становление субъекта, его субъективности, его аутентичного осознавания. Вслед за психоаналитиками мы делим коммуникативный процесс становления личности на две фазы – до-Эдипов и Эдипов периоды. В рамках структурного психоанализа Лакана, становление субъекта, все его психическое развитие обусловлено языком. Язык и вербальность связаны с фигурой Отца, «именем Отца». Однако, роль Матери также огромна в этом процессе. Обратимся к толкованию психоаналитиком Ю. Кристевой фигуры Матери как ключевой для понимания функционирования женской ипостаси в культурном пространстве. Процесс субъективации, как мы уже показали, делится на две фазы – по Кристевой, - на семиотическую(материнскую) и символическую (отцовскую). Необходимо уточнить, что в данном случае понятия «семиотическое» и «символическое» также употребляются в значении фундаментальных детерминант сознания человека в целом. [3, с.2]

Оппозиция материнского и отцовского коррелирует с классической оппозицией «природа - культура». Подавление материнского представляется не только как необходимое условие достижения субъектом автономии, но и как способ сохранения существующего социально-культурного устройства, его защита от природных стихий. [3, с.2] Семиотическое характеризуется недифференцируемостью сознания, неспособностью поставить границу между Я и Другим, дает повод воспринимать женское как угрозу идентичности и культурным основам. [4, с.25]

Символический порядок способен поддерживать свою стабильность через исключение Матери, природы, женщины. Этим определяется маргинальный статус женского в культуре. Становление субъекта осуществляется через отторжение и отвращение (abject) своей семиотической, природной, женской ипостаси. «Отвратительное - это то, что взрывает самотождественность, систему, порядок. То, что не признает границ, положений дел, правил», - пишет Ю. Кристева [5, С. 39].

Главное воплощение отвратительного в том, что разрушает телесные границы (слюна, кровь, слезы, телесные отходы). Отвратительное представляет собой опасность для символического режима и должно быть исключено из него. Чувство отвращения позволяет субъекту сохранять свою целостность, оно отделяет от того, что ему угрожает, при этом постоянно подчеркивая постоянство этой угрозы. Таким образом, отвратительное, равно как и материнское, способствует через негативное созидание становлению субъекта.

В свою очередь, представление материнского как отвратительного поддерживает вытеснение Матери. [3, с.2] Предложенные нами два тренда функционирования музея соотносятся, на наш взгляд, с дихотомией Ю.Критевой. Те, кто «раскачивают», лишают опоры, создают телесные переживания и дискомфорт незнания – соотносятся с семиотической стадией развития субъективности. Музейные артефакты будят воображение, фантазии. Человек, вступивший в музейное пространство, имеет право на свою встречу, свое видение. Он видит только то, что может и хочет увидеть в силу своей готовности быть посетителем данного места. Зачастую у него отсутствует внутренняя установка на встречу с другой культурой, непривычной, незнакомой, дающей импульс для "выхода за свои пределы", что как раз является ситуацией контакта с Другим, ощущением отличия и дифференциации. А те, кто последовательно продвигает задуманный сценарий и конструирует пспланированный эффект – соотносятся с символической стадией знания и догмы.

Экскурсоводы в таких музеях транслируют «верную» историю. Именно эти истории заключают противоречивые эмоции в рамки, каждый раз конструируют порядок, схему привычного, принятого в социуме отношения к феноменам, вызывающим эмоции. Задачи, стоящие сегодня перед музеем "многослойны" и неоднозначны. Это и стремление сформировать грамотного "пользователя" исторической информации; но и желание научить видеть и слышать, чувствовать и переживать то, о чем говорит музейное пространство, обитающий в нем дух времени, коллективное бессознательное.

Литература: 1. Тульчинский Г.Л. Total branding: мифодизайн постинформационного общества. Бренды и их роль в современном бизнесе и культуре. ВШЭ.СПб., 2013. 2. Колесникова И.А. О феномене музейной педагогики http://www.pedlib.ru/Books/2/0364/2_0364-1.shtml (дата обращения: 25.03.2014). 3. Глушнёва Ю.Д. Теория материнского Юлии Кристевой как стратегия анализа женственности в кинематографе // Современные проблемы науки и образования. – 2013. – № 2; URL: www.science-education.ru/108-8775 (дата обращения: 25.03.2014). 4. Метц К. Воображаемое означающее. Психоанализ и кино. – СПб.: Изд-во Европейского университета, 2010. 5. Кристева Ю. Силы ужаса: эссе об отвращении. – СПб.: Алетейя, 2003. 6. Gianni Vattimo "Il Museo e l'espepienza dele'arte nella post-modernita". - "Rivista di estetica", 37,1991, anno XXXI. p. 3 - 12.